Ольга проснулась от жажды в половине третьего ночи. В горле пересохло так, словно она целый день таскала мешки с цементом, а не разбирала годовые отчёты в душной бухгалтерии. Квартира дышала ночной тишиной — даже соседи сверху угомонились со своими танцами на паркете. Босиком, стараясь не скрипеть половицами, прошла к двери спальни. И замерла. С кухни доносились приглушённые голоса. Сергей и свекровь. В три ночи? Что за конспирация такая? — Мам, это как-то... неправильно, — шептал муж. Голос неуверенный, почти детский...