Утро приходит не как спасение, а как новая пытка. Я открываю глаза в семь утра, но не потому, что выспалась – сна почти не было. Только короткие провалы в забытье, где мне виделось, как я бегу по коридору бесконечной квартиры, а за спиной раздается его смех и женский голос зовет: «Лёшенька!». Я просыпаюсь потому, что всё тело болит так, будто меня избили. Шея затекла от неудобной позы, глаза режет, в горле ком, который никак не проглотить, сердце колотится, и подушка мокрая. С тихим стоном переворачиваюсь на спину и смотрю в потолок...

Ежедневник она разбирала перед переездом. Старые вещи, которые накопились в кладовке — Настя давно собиралась выбросить лишнее. Дима был на работе. Она разбирала коробки — книги, документы, блокноты. Ежедневник попался в средней коробке. Тёмно-зелёный, за позапрошлый год. Она листала его без цели — просто проверить, нет ли важного. Страницы пустые в основном: рабочие заметки, несколько телефонов. Что-то выпало. Цветок. Засушенный, плоский — ромашка, прижатая между страницами. Аккуратно. Она подняла...