Котёнок давно перестал считать людей. Сначала считал. В первые дни у университета он старательно вёл счёт, как умеет вести его только очень маленький и очень голодный зверь. Один прошёл, второй прошёл, третий чуть не наступил. К вечеру цифра переваливала за сотню, и считать становилось скучно. Потом перестал. Мимо спешили студенты с рюкзаками, преподаватели с портфелями, какие-то люди в пальто, которые куда-то торопились и ни на кого не смотрели. Утром все бежали в одну сторону, к дверям. Вечером в другую, к остановке...

Анна сидела за кухонным столом, методично раскладывая перед собой стопку квитанций за коммунальные услуги и несколько смятых тысячных купюр. Это был их привычный, унизительный ежемесячный ритуал: попытка растянуть оставшиеся семь тысяч рублей на три недели жизни для троих человек. Зима в этом году началась рано, за окном уже вторую неделю мела колючая ноябрьская метель, а старые деревянные рамы в их съемной «двушке» на окраине города пропускали сквозняки, от которых по полу тянуло ледяным холодом...