В деревне Макарыча звали не иначе как Чокнутым. Мужик он был безобидный, непьющий, сухой как жердь, с выцветшими, по-детски ясными глазами. Всю жизнь проработал пастухом. Но была за ним одна странность: Макарыч с коровами разговаривал. И свято верил, что они ему отвечают. Бывало, выгонит стадо на заливные луга, сядет на пенек, закурит «Приму» и начнет: — Ну чего ты, Зорька, вздыхаешь? Опять тебе слепень в вымя впился или овод житья не дает? Иди сюда, полынью оботру. А Зорька, огромная рыжая корова...