В июне, когда Лера, обливаясь потом в тесной примерочной свадебного салона на Кузнецком, вдруг поймала в зеркале свое отражение она не узнала себя. Из зеркала на нее смотрела худая шатенка с огромными, как блюдца, глазами, в которых плескался не восторг, а загнанная вглубь паника. Платье было тяжелым, с жестким корсетом, который впивался в ребра, и многослойной юбкой, шуршащей при каждом движении, словно потревоженная змея. – Ну что, Лерусь, берем? – мама всплеснула руками. – Красавица! Павлик ахнет...

Вероника закрепила бейдж на лацкане пиджака, проверила, ровно ли он висит, и на секунду задержалась у зеркала в холле. Тридцать четыре года, темные волосы собраны в тугой узел, никакой косметики, кроме бесцветного бальзама на губах. В этом здании с панорамными окнами и дизайнерской мебелью в зоне ресепшн она собиралась стать функциональной, как отлаженный механизм, который выдает результат без лишнего шума. Должность экономиста в компании «Северный транзит» досталась ей после трех этапов собеседований и тестового задания, которое она выполнила за ночь...