Густой дух стоял в Брынских лесах — тяжелый, смолистый, настоянный на вековой хвое и прелой листве. Там, где солнечные лучи вязли в изумрудном сумраке крон, ступал вороной конь Ильи Муромца. Подковы высекали из корней тусклые искры, а земля глухо вздыхала под пудовым шагом зверя и его седока...