— Можно войти? Или будешь держать родную мать на пороге? Я смотрела на маму и не узнавала ее. Строгий костюм, идеальная прическа, виноватая улыбка — все как всегда. Но что-то изменилось за эти полгода разлуки. Или изменилась я? Игорь молча отступил в сторону. Мама прошла в комнату, оглядела нашу съемную однушку. Я видела, как она отметила облупившуюся краску на подоконнике, старый диван, детские вещи на сушилке. — Тесновато у вас, — заметила она. — Хотя для начала сойдет. Для начала. Словно мы дети, играющие в семью...