— Ты чашку-то поставь, Оля. Не мельтеши, — голос матери звучал непривычно ровно, без обычной старческой мягкости. — В паспортный стол надо до пятницы успеть. Заявление подашь, штамп снимешь, и дело с концом. Ольга замерла над раковиной, сжимая в руке мокрую губку. Мыльная пена медленно сползала по пальцам, капая на оббитую эмаль мойки. — Какой паспортный стол, мам? — она повернулась, пытаясь поймать взгляд Анны Васильевны. — Куда выписаться? Отец, сидевший у окна за круглым столом, даже не поднял головы от экрана своего старенького смартфона...