Ольга провожала мужа в командировку в Новосибирск. А кума Женя в тот же день увидела его в очереди на рейс до Сочи. С этого звонка начался совсем другой отсчёт времени. Звонок раздался в четверг, в половине второго дня. Ольга как раз вытирала стол после обеда, и тряпка в руке замерла на полпути к раковине. – Оль, ты сейчас сядь, – голос Жени был странный. Не весёлый, не испуганный, а какой-то осторожный, будто она несла полную кружку горячего и боялась расплескать. – Что случилось? – Ты где? – Дома...

Кухонный стол ломился от пустой грязной посуды, липких пятен от сладкого чая и хлебных крошек. Я устало вытерла лоб тыльной стороной руки, чувствуя, как от долгого стояния у плиты невыносимо гудят стопы, а в висках начинает стучать тупая, изматывающая боль. Субботний вечер наконец-то подходил к концу, но мои силы иссякли еще часа три назад. Из большой комнаты доносился оглушительный хохот моего мужа Олега, его сестры Алины и ее супруга Коли. Они смотрели какую-то комедию, а заправлял всем этим весельем зычный, уверенный голос моей свекрови, Тамары Петровны...