Щи я сварила в воскресенье вечером. Получилась полная пятилитровая кастрюля, и я рассчитывала, что её хватит до четверга. Во вторник я пришла с точки без двадцати девять, и в кастрюле оставались только лавровый лист и половник. Я так и стояла в куртке, с крышкой в руке. Это у меня привычка с работы. Вечером, закрывая фургон, я первым делом смотрю, сколько молока осталось в открытых пакетах, и по этому остатку понимаю день лучше, чем по кассе. Касса может обмануть: кто-то расплатился за троих, кто-то брал только воду...

В Берёзовке говорили: у Копыловых муж с женой живут, как два колеса у одной телеги: оба круглые, оба в грязи, а катят в разные стороны. Так, конечно, говорили злые языки, а злых языков в селе на восемьсот дворов хватало с избытком. Но если разобраться, то вот что видели люди: Валентина Копылова вставала в пять, а ложилась за полночь, торговала в сельпо с восьми до восьми, дома шила на заказ, держала поросят, кур, двух коз и огород в двадцать соток, а муж её Николай, мужик видный, плечистый, добрый, как телёнок, приходил с работы, ужинал и говорил одно и то же: – Нету, Валь...