Юлия Валерьевна поняла всё окончательно и бесповоротно в половине одиннадцатого вечера, когда мыла за невесткой сковороду с присохшей яичницей. Она и раньше понимала. Но как-то мягко, размыто, будто смотрела на улицу через запотевшее стекло. А тут возникла вдруг невиданная резкость. Сын Костя вернулся к ней полтора года назад. Они с женой Алиной приехали «на пару недель, пока ремонт». Ремонт в их съёмной квартире и правда шёл. Потом перестал идти. Потом от квартиры они отказались, а деньги, как поняла Юлия значительно позже, просто стали тратить на себя...