— Надь, ты опять ей перевела? Сергей стоял в дверях кухни, в руке у него светился телефон с открытым банковским приложением. Голос был тихим, но в этой тихости чувствовалось то самое, от чего у Нади внутри сразу стянуло живот, как перед экзаменом, который она не сдала. — О чём ты, — сказала она, хотя прекрасно знала, о чём. — Пятнадцать тысяч. Сегодня в три часа дня. Перевод на карту мамы. Я только сейчас увидел уведомление. Надя поставила чайник на плиту и не сразу обернулась. Руки делали привычные...

— Вы не имеете здесь никаких прав, — холодно отрезала невестка. — Вы ворвались на мою частную территорию, оскорбили моего ребенка. Ваше присутствие здесь нежелательно. А ты, Игорь, собирай вещи. Прямо сейчас. — Оля, ну пожалуйста, давай поговорим, — запричитал муж. — Выметайтесь отсюда, к вечеру чтобы духу вашего здесь не было! — пожилая женщина в дорогом темно-синем пальто яростно стучала зонтом-тростью по кованым воротам, оставляя на краске мелкие царапины. Оля, державшая за руку восьмилетнего сына Глеба, остановилась в глубоком недоумении прямо перед калиткой...