— Ты этим стеклянным ядом и перемолотой магазинной травой только желудок мальчику сорвешь! — отрезала Зинаида Петровна, с глухим стуком бросая стеклянную баночку с кабачком в мусорное ведро. Арина замерла в дверях кухни с чистым детским полотенцем в руках. На плите в эмалированном ковшике шумно булькала мутная бурая жидкость, разнося по комнате резкий, горьковато-аптечный запах сушеной полыни и перетертой мяты. Возле плиты стояла детская бутылочка со снятой соской, куда мать уже приготовилась переливать кипящее варево через сложенную вдвое марлю...