Анна не заводила будильник, впервые за семь лет позволив себе эту маленькую роскошь. Но организм, привыкший за долгие годы подниматься затемно, сыграл с ней злую шутку. Глаза распахнулись ровно в пять утра. Анна лежала неподвижно, прислушиваясь к непривычной тишине. Семь лет. Восемьдесят четыре месяца. Две тысячи пятьсот пятьдесят пять дней, каждый из которых начинался одинаково: пока спальный район погружался в предрассветную дрёму, Анюта уже стояла с ведром и шваброй. Она мыла полы в подъездах трёх соседних многоэтажек...