«Перепиши квартиру на внука, мама. Тебе одной три комнаты ни к чему», — сказала дочь. Но моё единственное слово разрушило их тщательно продуманный план — Нет. Я произнесла это негромко, почти буднично,...

Вечером они с Сенцовым сидели в гараже «Борового» при керосиновой лампе, потому что свет опять вырубили. И Лапшин, морщась от язвенной рези, разложил на верстаке все, что имел. — Смотри, — сказал он, — дело о растрате на тебе. Это их слабина. Они сами его слепили, а значит, где-то есть концы. Накладные, по которым лес ушел налево, талоны на солярку, ведомости. Скворцов не мог не наследить. Жадный, а жадные всегда наследят. Если мы найдем документ, который свяжет украденный со склада лес с Рыковым, у нас будет чем снять с тебя растрату, прижать Скворцова и вывести первую нитку к банде...