– Вы серьёзно? – голос Кати дрогнул, хотя она очень старалась, чтобы он звучал ровно. Свекровь даже не посмотрела на неё сразу. Продолжала смотреть на экран телефона, где, судя по всему, уже открыла калькулятор или заметки, и только потом подняла глаза. – А что тут такого, Катюш? – она улыбнулась той самой улыбкой, которой обычно умиляла продавщиц на рынке. – Мы же теперь одна семья. Совсем одна. Разве нет? Катя почувствовала, как в груди что-то медленно, очень медленно сжимается – будто кто-то взял тонкий, но прочный шнур и начал неспешно затягивать узел...