Иннокентий лежал на хрустящей австралийской траве посреди частной эко-фермы в тридцати километрах от Сиднея, тупо созерцал безоблачное южное небо и пытался вспомнить, как в его паспорте пишется отчество...

– Она не та женщина, чтобы не прийти, – сказал фотограф и развернул на моём столе портрет. С картона на меня смотрел солдат лет двадцати. Пилотка набок, гимнастёрка подкрашена зелёным, щёки розовым, глаза голубым, хотя на маленькой карточке, с которой его переснимали, они наверняка были серыми, как всё остальное. Внизу, белилами, аккуратно: «Иван Карташов. 1941». – Заказчица – его вдова, Агафья Никитична, – сказал фотограф. – Копила с апреля. Шесть рублей вперёд отдала мелочью, по двадцать копеек...