— Ты, Мария, не строй из себя хозяйку жизни. Половину фирмы оформляй на маму — и вопрос закрыт, — сказал Илья так буднично, будто просил передать соль. Я даже не сразу поняла, что он это всерьёз. Стояла у кухонной мойки, промывала кружку — ту самую, с трещиной по краю, которую всё забывала выбросить. Вода текла, шумела, и на секунду мне показалось: я ослышалась, просто мозг устал, перепутал слова. — Повтори, — сказала я медленно. Голос получился ровным, почти вежливым. Это был плохой знак: когда я говорю ровно, значит, внутри уже всё гремит, как кастрюли в уличной столовке...