Воскресные обеды в доме Кузнецовых начинались с одной и той же мелочи: мать поправляла скатерть с синими васильками, отец садился у окна и стучал ложкой по краю тарелки, а Нина ставила всем приборы. Ей исполнилось 30, но за этим столом она всё равно оставалась старшей дочерью, которой удобнее поручить лишнее, чем спросить, как у неё дела. Жанна вошла последней, с телефоном в руке и ровной улыбкой для экрана. На ней был светлый жакет, волосы лежали крупной волной, а на пальце блестело новое кольцо-держатель для съёмок...