Ночь в поселке стояла душная, хотя был только май. В большой спальне нового добротного дома, сложенного из желтоватого силикатного кирпича, маета держала молодую женщину, гоняла по широкой супружеской кровати. Простыня под ней давно смялась во влажный ком, подушка стала горячей. Женщина села на постели, убрала прилипшие к вискам светлые волосы, бездумно уставилась на окно. Окно распахнуто настежь, а легкие занавески в бледно-голубой цветочек висят недвижимо, даже не колыхнутся. Только где-то далеко,...

Андрей с детства знал: отца лучше не злить. Это была не та злость, что у обычных людей — накричал, остыл, отошёл. У Павла Степановича Комина злость была другой природы — глубинной, тектонической. Она зрела...