Ленка яростно подчищала навоз у коров, будто не навоз это был, а её злая обида. Вилы в руках ходили ходуном, с размаху вонзаясь в тёмные пласты, сапоги чавкали по сырой соломе. А сама она всё косилась в сторону молоканки. Там, у белёной стены, как обычно, собрались доярки и телятницы. Стояли кружком, кто с ведром, кто с подойником, кто просто прислонившись плечом к косяку, и обсуждали деревенские новости. А новость теперь была одна: Иван Калугин в открытую ходит к Маньке Остаповой, и, похоже, скоро они сойдутся окончательно...