— Ты тратишь детские деньги на салоны красоты! — голос Галины Сергеевны звенел столь пронзительно, что на хрустальных подвесках советской люстры, висевшей в прихожей, отозвался тонкий, жалобный перезвон. — Я своими глазами видела! Своими собственными! Ты выходила из той стекляшки на углу, где стрижка стоит как пенсия инженера! Вся сияешь, морда гладкая, ногти намалеваны, а дома ребенок в обносках ходит! — Галина Сергеевна, вы, пожалуйста, разуйтесь сначала, — устало произнес Вадим, стоя в узком коридоре двухкомнатной квартиры с пластиковым половником в руке...