Одна из моих прабабушек, Марфа Никифоровна, дитя 1900-х, была безграмотной. К концу жизни она научилась только читать, писать она могла лишь немного и только печатными буквами. Ее мама, моя «прапра», служила в доме у барыни. И это считалось еще неплохой судьбой — не в поле же пахала с утра до ночи. А выбирать свою она почти не могла: стать рабочей на 16-часовой смене или получить «желтый билет» — очень привлекательные варианты. Прошло каких-то 100 с лишним лет, и я продолжаю окончила магистратуру за рубежом, которую выбрала сама, могу выбирать работу и занимать на ней руководящую должность...