С того дня, как Павел потерял работу, в доме поселилась тишина. Не та, что приходит ночью, когда все спят, — мягкая, с привкусом покоя. Другая. Плотная, как вата, которой затыкают щели, чтобы не дуло. Она обволакивала каждую комнату, глушила шаги, крала слова. Супруги больше не разговаривали — обменивались сигналами, как два судна в тумане, боящиеся столкновения. Сначала Лариса держалась. Увольнение мужа совпало с её повышением, и какое-то время она даже находила в этом горькую симметрию: один потерял, другая приобрела, баланс восстановлен...