– Зайцева? Эмма Зайцева? – голос раздался от входа, громкий, привычный командовать. – Ну ты даёшь! Серая мышка наша пришла! Я обернулась. Роман Дятлов стоял в дверях кафе, расставив ноги, будто весь зал принадлежал ему. Грузный, краснолицей, в костюме, который стоил дорого, но сидел как на чужом. На шее – золотая цепь толщиной в палец. Те же маленькие глаза, тот же подбородок – только теперь всё это утонуло в щеках и складках. Тридцать пять лет. Столько прошло с выпускного. И первое, что он вспомнил, – школьную кличку...

— Андрей, я записала Настю на кружок рисования. Там нужно оплатить до пятницы, три тысячи в месяц. Андрей не поднял глаз от тарелки. Доел картошку, отложил вилку, потёр лицо ладонью, как делал всегда, когда хотел показать, что устал и разговор будет тяжёлым. — Тань, ну какие три тысячи. Ты считала вообще, сколько у нас уходит в месяц? Квартплата, продукты, Настины кружки уже есть, английский тот же. — Английский она бросила в марте, ты забыл. — Ну хорошо, не английский. Всё равно. Три тысячи это не три тысячи, это плюс к остальному...