Влад поднялся из кресла так быстро, что не успел закрыть книжку, — так и стоял, придерживая пальцем страницу. — Это дедово, — сказала Оксана. — Ты же знаешь. — Да пусть сидит, — отозвалась Марина от плиты. — Оно шесть лет пустое. — Вот именно, что нетронутое. Папино. — И что теперь? Табличку повесить: руками не трогать? — Мариночка, ну ты же понимаешь, — вступила из коридора свекровь, Нина Петровна, стягивая босоножки. — Память есть память. За шесть лет в этом кресле сидели все. И Настя, когда приезжала...