- Ты хоть понимаешь, что люди скажут? - спросила сестра, разглядывая мою кухню так, будто пришла принимать квартиру после ремонта. Я стояла у плиты в старом домашнем платье, держала в руке половник и думала только об одном: если сейчас уроню его в кастрюлю, будет очень громко. И, может быть, наконец все замолчат. Но половник я не уронила. Положила на блюдце. Выключила газ. А потом сказала сестре то, чего не говорила никогда. - Люди пусть говорят. Они за меня жить не будут. Сестра Ольга подняла брови...