Ко мне в ту ночь приехал человек, которого я двадцать лет собиралась проклясть. Проклясть не успела. Он приехал просить. Лампу я зажгла в полночь и сама не знаю зачем. Двенадцать лет у меня в избе по ночам темно: керосин дорог, а гостей нет. А тут встала с лавки, нашарила спички и поставила лампу на подоконник, лицом к полю. Будто кто за руку вёл. В третьем часу в дверь стукнули костяшками, осторожно. Так стучит только Мирон Сидорович, сторож нашей пустой деревни. — Дуся, открывай. К тебе едут. Я отодвинула засов...