— Ты обязана войти в мое положение, у меня горит тур, а Вадим снова умыл руки! — визжала в трубку Надя так, что мембрана дешевого динамика испускала жалобный треск. Я медленно опустила флакон с ночным кремом на лакированную поверхность комода. Пальцы, испачканные белой субстанцией, слегка подрагивали. За окном дачного дома шумели старые подмосковные березы, обещая долгожданную тишину. Но в доме этой тишиной даже не пахло. — Надя, я ничего тебе не должна, — мой голос прозвучал на удивление сухо, хотя внутри все сжималось от подступающего гнева...

— Я тебя никогда не любил, — произнес Витя, не отрываясь от своего смартфона. Он произнес это так же буднично, как если бы комментировал прогноз на завтра или качество очередного обеда. Вика замерла. Она стояла посреди гостиной, держа в руках стопку документов по новому делу. Ей показалось, что воздух в помещении стал плотным, не пропускающим ни единого звука. Она смотрела на мужа — на его расслабленную позу, на этот вечно безмятежный вид человека, который за десять лет брака так и не научился нести ответственность за что-либо сложнее собственного досуга...