— Дом сестре отписал! Тебе комнаты хватит! — бросил он через плечо, будто сказал: хлеб купил. Она замерла возле плиты, держа деревянную ложку. Борщ булькал, но запаха почти не было — как будто и еда обиделась. — Что значит — отписал? — Голос дрогнул не от страха, от непонимания. Он пожал плечами, натягивая куртку. — Ну, оформил. На Ирку. Всё равно мне родная кровь, а тебе… тебе комната останется. — Какая комната, Володь? Мы вместе тридцать лет живем! Он посмотрел сухо, без привычной добродушной усмешки...