— Ну что, сколько тебе сегодня дали? — вместо «здравствуйте» выдала свекровь, едва переступив порог нашей квартиры. Виктория Леонидовна даже шарф снять не успела, а её цепкие глаза уже сканировали меня с таким прищуром, будто я только что ограбила банк и прятала хрустящие купюры за щеками. Пятница, вечер. Мой законный день зарплаты и долгожданной квартальной премии. — И вам добрый вечер, Виктория Леонидовна, — спокойно ответила я, забирая у неё из рук мокрый зонт. — Дали ровно столько, чтобы хватило на мои личные планы...

Холодильник встретил Кристину гулкой, звенящей пустотой. На верхней полке сиротливо стояла наполовину пустая банка дешевой горчицы, а в овощном ящике уныло сморщился одинокий болгарский перец. Свет от лампочки казался каким-то тусклым, словно сама бытовая техника устала от происходящего в этой квартире. Кристина медленно закрыла дверцу. В квартире стояла тишина, прерываемая лишь приглушенным бормотанием телевизора из гостиной. Там, раскинувшись на диване, проводил свой очередной вечер Вадим. Она прошла в комнату...