Кухня в нашей трёшке всегда пахла не так, как мне хотелось. Не свежей выпечкой или утренним кофе, а застарелым запахом валокордина и тяжёлыми духами «Красная Москва», которые так любила Людмила Александровна. Это было её царство, её территория, где я, несмотря на восемь лет брака и штамп в паспорте, оставалась вечной квартиранткой. Шестнадцать квадратных метров, где каждый сантиметр кричал о том, что я здесь никто. Мои чашки постоянно «случайно» бились, мои полотенца перевешивались, а купленные мной продукты объявлялись «химией» и демонстративно отодвигались в дальний угол холодильника...