«Это договор о продаже бабушкиной дачи. С моей подписью. Только подпись здесь не моя». Татьяна положила тонкую серую папку на письменный стол мужа и посмотрела на него так, как смотрят на незнакомца в переполненном автобусе — с настороженностью и едва заметной растерянностью...

Вадим стоял в прихожей, застегивая свое безупречное кашемировое пальто — то самое, которое я выбирала ему на нашу третью годовщину. — Я перерос этот брак, Алиса, — его голос звучал сухо, по-деловому, словно он увольнял нерадивую секретаршу, а не уходил от жены после пяти лет совместной жизни. — Мне нужно пространство для духовного роста. И, если быть до конца честным, мама всегда говорила, что мы люди разного полета. Ты слишком… приземленная. Я сидела на банкетке, сжимая в руках холодную чашку с недопитым чаем, и не могла выдавить ни слова...