Анна Степановна стояла у плиты, помешивая гречневую кашу, и слушала, как за ее спиной одиннадцатилетний Илья, младший сын, с остервенением хватает из пенала ручку. За окном уже который день висела серая муть, и от этого в душе у Анны Степановны тоже было слякотно и зябко. Она старалась не думать о детях, но мысли лезли в голову. Сыновей у неё было трое, и это всегда было её гордостью и её тяжелым крестом. Мужа, царствие ему небесное, похоронили семь лет назад — сердце. Осталась она одна с тремя пацанами: Димке тогда восемнадцать только стукнуло, Пашке пятнадцать, а Илье и четырех не было...

Психологический разбор коллективной травмы и нечистой совести Посмотрите на это явление. Оно повторяется везде, где христианство встречается с язычеством. Не просто несогласие. Не просто спор. А ярость. Ненависть. Желание уничтожить. Почему? Почему взрослые, образованные люди приходят в бешенство от берёзки, украшенной лентами? Почему священники проклинают древние праздники, которые всё равно никто не может отменить? Почему до сих пор, через тысячу лет, язычество вызывает такую агрессию? Ответ прост...