– Ир, только ты сразу не сердись. Я ведь ничего плохого не предлагаю. Павел поставил на кухонный стол пакет с мандаринами, снял куртку и почему-то не повесил её в прихожей. Остался стоять у двери, держа в руке сложенный вчетверо лист. До нашей росписи оставалось одиннадцать дней. У меня на стуле лежал чехол с тёмно-синим платьем, которое мы вчера вместе забрали из ателье. Павел сам выбрал к нему тонкий серебристый поясок. А сегодня пришёл и даже не посмотрел в сторону платья. – Что случилось? – спросила я...