Воскресный обед у Нины Сергеевны всегда проходил по расписанию, утвержденному еще во времена, когда колбаса была по два двадцать, а деревья — большими. На столе дымилась кастрюля с борщом — густым, наваристым, такого цвета, за который в институте Пантон должны были бы давать отдельную премию. Рядом, на блюде с голубой каймой, возлежали котлеты. Не какие-нибудь магазинные полуфабрикаты, в которых мяса меньше, чем совести у депутата, а настоящие, домашние, из свинины с говядиной, провернутые дважды для нежности...