Зал загородного клуба «Орион» утопал в ароматах селективного парфюма и живых лилий. Вечер обещал быть триумфальным — по крайней мере, так обещал Рома. Мой муж, человек, ради которого я три года назад оставила перспективную должность в архитектурном бюро, чтобы стать его «надежным тылом» и помогать строить его империю элитной недвижимости. Я поправила складку на своем темно-синем платье. Я шила его сама — из итальянского шелка, купленного на распродаже, тратя ночи на идеальные швы, пока Рома спал после очередного раунда переговоров...

Стеклянный фасад их особняка в элитном пригороде всегда сиял так ярко, что соседи щурились. Виктор называл это «лицом успеха». Для Марины же этот блеск был сродни хирургической чистоте операционной — стерильно, холодно и абсолютно безжизненно. Каждое утро Марины начиналось в 6:00. Не потому, что она была жаворонком, а потому, что в 6:45 Виктор входил на кухню, ожидая увидеть на столе ровно три ломтика поджаренного хлеба, яйцо-пашот идеальной формы и свежевыжатый сок, в котором не должно быть ни одной ворсинки мякоти...