— Алла, ты обязана внести треть суммы, это же круглая дата, шестнадцать лет бывает только раз в жизни! — голос золовки в трубке звенел с такой пронзительной силой, словно она вещала через рупор на митинге железнодорожников. — Ровно один раз в жизни, Мирослава, бывает абсолютно любой возраст, включая сорок семь, — невозмутимо отозвалась Алла, прижимая плечом телефон к уху и орудуя половником в широкой кастрюле с куриным бульоном с лапшой. — Даже семьдесят два исполняется единожды, если календарь нам не врет...