— Мам, в пятницу переведи, как обычно. Только Рите не говори, ладно? Татьяна держала телефон плечом, а свободной рукой пыталась вытащить из сумки пакет с хлебом. Пакет зацепился за молнию. Батон треснул посередине, на пол посыпались крошки. — Я помню, Егор. — Ты как-то сказала, что у тебя там с зарплатой… — Придёт в четверг. — Ну всё. Спасибо. Я потом наберу, у меня сейчас человек. Он отключился. Татьяна положила хлеб на тумбочку и наконец сняла туфли. В хозяйственном магазине с утра привезли посуду, потом три часа не работал один из терминалов, а перед закрытием мужчина возвращал швабру...

— Здесь, наверное, чужая карточка, — сказала Наталья. — Мы тридцать два года женаты. Курьер посмотрел на конверт в её руке. — Адрес ваш? Она кивнула. — И имя ваше? — Моё. — Тогда в магазин позвоните. Я только доставляю. Он не был грубым. Просто стоял с тяжёлой сумкой, из которой выглядывали ещё два бумажных свёртка, и торопился дальше. Наталья расписалась, пожелала ему хорошего дня и закрыла дверь. В букете были тёмно-красные розы. Алексей дарил такие почти на каждый её день рождения. Большие, с плотными бутонами, в шуршащей бумаге...