— Мам, а бабушка Нина мне тоже что-нибудь приготовит? — спросил Миша, когда я застёгивала ему ворот новой рубашки. Он стоял перед зеркалом в прихожей, вытянув шею, как взрослый мужчина перед важной встречей, и терпел жёсткую ткань, хотя обычно через пять минут начинал чесать подбородок. На кухонном столе лежала открытка, которую он рисовал два вечера подряд: бабушка в синем платье, рядом большой торт, над тортом шарики, а в углу — рыжий кот, которого у Нины Аркадьевны никогда не было. Я взяла расчёску, пригладила ему вихор на макушке и не сразу нашла, что ответить...