— Он трубку не берёт, мам. Четвёртый раз. Олеся держала телефон перед собой, будто показывала его всем, кто сидел за столом. Сорок человек смотрели на неё, а не в свои тарелки. Аркадия похоронили четырнадцатого марта, во второй половине дня. Поминали в столовой при рынке, там дешевле всего. Моя дочь с утра поставила в торце стола лишнюю табуретку и накрыла перед ней прибор. Тарелка, вилка, стопка, кусок хлеба сверху. Весь вечер эта табуретка стояла пустая, и все на неё косились. Олесе сорок два. Она стрижётся коротко и красится в рыжину, которая к весне сходит в морковный цвет...