— Ты хоть понимаешь, сколько стоит этот сыр? — Виктор держал упаковку двумя пальцами, как держат что-то нечистое. Он даже не смотрел на Анну, смотрел на ценник, приклеенный сбоку. — Четыреста восемьдесят рублей. За кусок сыра. — Это с плесенью, — сказала Анна. Она стояла у плиты, помешивала суп. — Я взяла к субботе, думала, придут Лена с мужем. — Лена с мужем. — Виктор поставил упаковку на стол с таким звуком, будто захлопнул книгу. — А платить кто будет? Ты? На чьи деньги ты покупаешь деликатесы в чужом доме? — Я плачу половину коммуналки, — сказала Анна, не поворачиваясь...

– Двести восемьдесят пять тысяч... двести восемьдесят шесть... – бормотала я, глядя на экран банковского приложения. Сердце стучало где-то в горле, но руки не дрожали. Они держали телефон ровно, будто это не сообщение о зачислении премии, а чертёж с критически важным допуском...