- Да ты, Жень, как был тюфяком, так и остался! - Лариса сказала это легко, с улыбкой, будто шутку пошутила. Но я эту "шутку" в груди поймал, как кирпич. Прямо в солнечное сплетение. Вокруг - хохот, звон бокалов, дым коромыслом, а у меня внутри тяжесть. Я даже жевать перестал. Сижу, вилку ковыряю в салате и чувствую, как лицо каменеет. Это был день рождения Серёги, нашего общего друга. Народу - битком. Кухня в их новой квартире, конечно, огромная, но когда пятнадцать человек набивается, дышать нечем...