Солнце уже шло к закату, когда, как ей показалось, мелькнул мираж, совсем близкий. Никогда еще она не видела таких реалистичных миражей, и несмотря на то, что хотелось пить, ей виделся город, а вовсе не океан воды. Только через пару дюн она поняла, что дрожащий горизонт не обманывает, и это действительно крыши зданий и фонарные столбы. Она ускорилась, ибо ее стопы больше не могли терпеть обжигающего песка. Если сейчас, при вечернем красном солнце, так больно, то что творится в этой пустыне в полдень? Впрочем, ей повезло не знать ответа...

Филин – как всегда, неожиданно – возник в телефонной трубке и пригласил в гости: посмотреть на его новую пассию. Программа вечера была ясна: белая хрустящая скатерть, свет, тепло, особые слоеные пирожки по-тмутаракански, приятнейшая музыка откуда-то с потолка, захватывающие разговоры. Всюду синие шторы, витрины с коллекциями, по стенам развешаны бусы. Новые игрушки – табакерка ли с портретом дамы, упивающейся своей розовой голой напудренностью, бисерный кошелек, пасхальное, может быть, яйцо или же так что-нибудь – ненужное, но ценное. Сам Филин тоже не оскорбит взгляда – чистый, небольшой, в домашнем бархатном пиджаке, маленькая рука отяжелена перстнем...