Свекровь, вкусив очередную дозу моей кровушки, уснула, и я с облегчением выдохнула. Сейчас в душ, потом все-таки постараюсь сделать маску, а то уже скоро на панду стану похожа с кругами под глазами. Только я собралась нырнуть в любимый халат, как в комнату поскребся Димка, мое сокровище. - Ма…, тут такое дело…, - он сделал вид, что глубоко раскаивается в своей безответственности, вжал голову в плечи, на манер черепахи, похлопал почти девчачьими ресничками и виновато развел руками. Но получилось...

– Хочу, чтобы ты всё ей рассказал. Брось уже её. И мы наконец-то сможем быть счастливы. Ты ведь не любишь её…, – практически рычит дочь моей подруги Диана моему мужу Давиду. – Малыш, у меня на неё есть некоторые планы, о которых ты прекрасно знаешь, – выдыхает он. Сжимаю бокал с такой силой, что хрупкое стекло крошится. Что могут значить эти порезы в сравнении с тем ощущением, что дарит мне разбитое сердце?.. Пустота… В душе… В мыслях… Внутри… Все мои чувства к мужу превращаются в хрупкую корку льда...