Его звали Шулер. Не имя, а клеймо, которое он носил с гордостью. В его понимании весь мир был одной большой карточной колодой, где все — от зелёного новичка до седого ветерана — были л..ами, ждущими, чтобы их обчистили. Он презирал байки у костра о «духе Зоны» и «уважении к ней». Для него это была просто территория с повышенным фоном аномальной активности, битком набитая ходячими кредитными картами. Шулер верил в три вещи: свой новенький Винторез с дорогим прицелом, свою интуицию, которую считал гениальностью, и то, что правила пишутся для неудачников...