Многие из нас хорошо помнят школьные уроки литературы. Мы писали сочинения о «Бесприданнице» Александра Островского, искренне жалели бедную Ларису Огудалову, возмущались жестокостью Паратова и ничтожностью Карандышева. А потом, конечно, пересматривали гениальный фильм Эльдара Рязанова «Жестокий романс». Тогда, в юности, мы воспринимали эту историю исключительно как трагедию несчастной, разбитой любви. Но давайте будем честны: в 15-16 лет понять истинный замысел Островского почти невозможно. Сегодня, с высоты прожитых лет и жизненного опыта, эта пьеса читается совершенно иначе...

– Передайте пирог охране и больше не приезжайте без приглашения. Инесса Аркадьевна запретила вас впускать. Я стояла перед стеклянными дверями дома, в котором жила моя единственная дочь, и никак не могла понять, к кому обращается консьерж. В руках у меня была тяжёлая сумка с продуктами и контейнер с вишнёвым пирогом, который Даша любила с детства. – Простите, что значит «запретила»? Я мать Дарьи, а не продавец кастрюль. – Я вас узнала, Людмила Николаевна. Но распоряжение записано здесь, в журнале...