Курьер постучал в среду, в четыре часа дня, и Вика, забыв про домашку, побежала открывать раньше матери. — Опять мёд, — сказала она, разглядывая банку. — Мам, тут снова написано «для моих любимых». Ирина вытерла руки о полотенце и посмотрела на этикетку — самодельную, распечатанную на цветном принтере, с рамочкой из ромашек. Восьмая банка за два месяца. Виктор не звонил восемь лет. А теперь звонил курьер — по средам, без предупреждения, будто это входило в какой-то новый семейный ритуал, о котором её забыли спросить...