Кино, понятое как мифотворчество, всегда стремилось не столько отражать действительность, сколько созидать собственные миры — замкнутые, самодостаточные, живущие по законам, которые не имеют аналогов в физической вселенной, но обладают своей неумолимой логикой, логикой архетипа, логикой символа, логикой жанра, понятого не как условность, а как эйдос, как умопостигаемая структура, определяющая саму возможность кинематографического высказывания. И когда эта логика даёт трещину, когда жанры начинают...