Вилка замерла над тарелкой, когда Татьяна Петровна произнесла это в очередной раз. — Хорошо ты устроилась, Алиса. На всём готовом живёшь. Квартира есть, муж есть. А лицо такое, будто тебя здесь заставляют вагоны разгружать. Была пятница. Алиса вернулась с работы сорок минут назад, успела переодеться, нарезать салат и разогреть мясо. Пирог, который свекровь теперь делила пластиковой лопаточкой, тоже купила она — в пекарне возле остановки. С пакетом в одной руке и сумкой в другой простояла в автобусе почти всю дорогу...

Когда Вера вышла за хлебом, соседка с четвёртого этажа прижала сумку к животу. Вера заметила это движение, но ничего не поняла. Поздоровалась, придержала тяжёлую дверь и пропустила женщину вперёд. Та даже не кивнула. Через минуту телефон Веры начал дрожать в кармане. На экране была её фотография. Вера в бордовом кардигане стояла у лестницы, держась за ручку красного чемодана. Снимок был сделан сверху, с площадки между этажами. С такого ракурса у любого человека получался вид, будто его уже задержали...